Арабо-мусульманский антисемитизм
Мечеть на Храмовой горе в Иерусалиме


Вид сверху на храмовую гору

На храмовой горе в наши дни
Bозможно, еще громче, чем антисемитские заявления злого президента, звучат
возмущенные отклики, которые слышны отовсюду. Отовсюду, кроме
арабо-мусульманского мира, хранящего поистине ошеломляющее молчание.
Фредерик Ансель, специалист по геополитике, преподает международные
отношения во Франции. Он является автором книги «Геополитика
Апокалипсиса», выпущенной в 2003 году издательством Flammarion.
Корреспондент Le Temps взял у него интервью.
– Может быть, выступая с антисемитскими речами, иранский президент просто
вслух говорит то, о чем про себя думает мусульманский мир?
– Он желает говорить от имени этого мира. Сегодня Иран хочет
экспортировать свою исламскую революцию уже не силой оружия, а через
идеологию. …
– Сплачивает ли его риторика мусульман?
– Конечно, Ахмадинежад мусульманин, но он еще и перс. Нельзя забывать, что
иранский шах был вернейшим союзником Израиля в регионе. Разумеется,
мусульманская солидарность существует, но все-таки более 95% арабов
являются суннитами. Его слова нравятся, это точно, но на его политику это
автоматически не распространяется. Ахмадинежад знает, что может
рассчитывать на поддержку только шиитов, но не на поддержку арабов в
целом. …
– Во всех арабо-мусульманских обществах существуют очень мощные течения,
представители которых верят в две вещи. Во-первых, в то, что еврейского
народа и еврейской нации не существует. Есть только еврейская религия. И
следовательно, евреи не имеют права на национальный суверенитет:
государство Израиль – это историческая аномалия. Во-вторых, они верят, что
Холокоста либо не было, либо его масштабы преувеличены.
– Что можно считать самыми расхожими сюжетами арабо-мусульманского
антисемитизма?
– Это отрицание нацистского геноцида и идея создания еврейского
государства в Европе. Арабские и иранские руководители уже не раз
высказывались по этому поводу: раз европейские страны несут
ответственность за возникновение проблемы, они и должны ее решить, приютив
евреев в Европе. Что абсолютно неверно с исторической точки зрения.
Инфраструктуры еврейского государства-нации и еврейское национальное
самосознание существовали задолго до Холокоста.
– Весь мир возмущен. Чем объясняется молчание арабских и мусульманских
руководителей?
– Сегодня такие главы государств, как Бутефлика, Бен Али и Абдалла II
(президент Алжира, президент Туниса и король Иордании. – Прим. ред.)
прекрасно знают реальное положение дел. Но они сталкиваются с очень
сильной внутренней оппозицией, которая играет как раз на этой ненависти к
Израилю. Критикуемые собственной общественностью, они не могут допустить,
чтобы создалось впечатление, что они защищают государство Израиль…. Вот
молчание западных политиков было бы неприятным фактом. Сегодня возмущение
носит почти всеобщий характер, но в 70-е годы молчали практически все.
Когда французский президент Жискар д’Эстен вел дела с Саддамом Хусейном,
он не говорил ни слова по поводу каждодневных антисемитских высказываний
раиса.
– Какие черты характерны для арабо-мусульманского антисемитизма?
– Во всех арабо-мусульманских обществах он выражается в теории заговора.
Сегодня больше всего говорится об антиарабском заговоре вокруг выдуманного
Холокоста: мол, евреи плетут грандиозный заговор, а американцы выступают в
роли их игрушки.
– В общем-то, ничего нового…
– Европейский антисемитизм действительно был экспортирован в арабские
страны. Но антисемитизм существовал там и раньше. Сегодня «Протоколы
сионских мудрецов» можно легко купить, но арабо-мусульманским обществам не
пришлось ждать появления этого опуса, как и писаний Дрюмона (Эдуард
Дрюмон, 1844-1917, французский журналист, «прославившийся» антисемитскими
публикациями и причастный к «делу Дрейфуса». – Прим. ред.). Эти книги
переживают вторую молодость на Ближнем Востоке.
– Каковы исторические корни арабо-мусульманского антисемитизма?
– В 1947-1948 годах арабские страны почувствовали себя преданными евреями.
Они считали, что были для евреев защитниками до тех пор, пока те не
покинули их и не уехали в Израиль. В арабских обществах этот исход был
воспринят как предательство: евреи на протяжении веков жили в арабских
странах, а потом переселились в государство, устроившее гонения на арабов.
Речь не идет ни о христианском антисемитизме, каким он был до Второго
Ватиканского собора, ни о его славянской версии, видящей в еврее грабителя
и насильника. Мы имеем дело с гораздо более политизированным
антисемитизмом.